Как раньше воспитывали детей?

Раньше было не проще, а меньше слов и методов для описания того же самого процесса воспитания. Строгость и угроза были почти единственным доступным инструментом на фоне большого числа детей в семье и отсутствия времени на индивидуальный подход к каждому по отдельности. Ремень бабушки, судя по вашему же описанию, чаще был угрозой, чем реальным действием — сработала не сама вещь, а ее уверенный тон и стабильность реакции изо дня в день.

Бабушкино «грожу, но не пользуюсь ремнем» — рабочая модель для того времени, потому что альтернатив в арсенале почти не было, весь набор инструментов состоял из угрозы и надежды, что она сработает без применения силы. Сейчас набор методов у родителей физически больше: понимание возрастной психологии, форумы, специалисты, литература — раньше просто нечем было заменить угрозу, кроме собственного терпения, которого тоже не всегда хватало на пятерых детей в семье и работу с утра до вечера. Пример: бабушка грозила ремнем, а по факту действовал не сам ремень, а ее интонация и уверенность, что она не шутит — дети считывают именно это, а не орудие угрозы как таковое. Современный родитель может добиться того же эффекта твердости в голосе без предмета в руке вообще, и это не слабость, а просто другой доступный инструмент, которого не было под рукой пятьдесят лет назад. Про «дети росли нормальные» — тут работает эффект выжившего: про тех, у кого не сложились отношения с родителями во взрослом возрасте из-за такого воспитания, на форумах пишут реже, это не статистика, а подборка удобных историй. Так что проще не было — было меньше выбора методов и меньше слов для описания того, что происходит с ребенком внутри, а сама задача воспитания была ровно такой же сложной, просто без языка для ее обсуждения вслух. Даже количество детей в семье играло роль: там, где росло по пять-шесть человек, физически не хватало времени на индивидуальный подход к каждому, отсюда и ставка на простые универсальные правила для всех сразу, а не потому что так было правильнее по сути.

Правды тут поровну с обеих сторон. Раньше действительно было меньше рефлексии по поводу методов — строгость и физические угрозы вроде ремня воспринимались как норма, а не как повод для дискуссии, поэтому и решения принимались быстрее, без сомнений. Причина ощущения «проще» отчасти в том, что плохие исходы того воспитания просто не всегда связывали с методами: тревожность, дистанцию с родителями во взрослом возрасте списывали на характер, а не на детский опыт. Вывод: «раньше проще» — во многом эффект избирательной памяти и меньшего количества информации о долгосрочных последствиях, а не доказательство того, что метод был лучше по сути. При этом часть реально работавших вещей — четкий режим дня, меньше вариантов выбора для ребенка, больше самостоятельности на улице — можно взять и сегодня, отдельно от угроз и физических наказаний, которые сейчас считаются вредными не из моды, а по накопленным данным о влиянии на детей.